Ст137 тк рф судебная практика

Статья 137 Трудового кодекса РФ: практический аспект

(«Законодательство и экономика», 2009, N 5)

СТАТЬЯ 137 ТРУДОВОГО КОДЕКСА РФ:

Архипов В. В., доцент кафедры трудового права и права социального обеспечения юридического факультета Академии труда и социальных отношений.

Практика показала, что среди трудовых конфликтов, занимающих значительное место в ряду причин, порождающих трудовой спор работодателя с работником, особо выделяются их разногласия в оценке правомерности удержания первым денежных средств из оплаты труда последнего. Возникновению таких разногласий в немалой степени способствует неоднозначное для уяснения изложение норм, содержащихся в статье 137 Трудового кодекса РФ (далее — ТК РФ или Кодекс). Также не способствует взаимопониманию и удержание работодателем из заработной платы (далее — зарплата) работника сумм, размер которых определяется в локальном акте работодателя, созданном в целях поддержания трудовой дисциплины. Совокупность указанных проблем и стала поводом для исследования норм законодательства о труде, регулирующих данный вид трудовых отношений.

Виды и способы взыскания и удержания

Для проведения удержания, т. е. неначисления какой-либо части заработка, подлежащего уплате работнику, и перечисления его надлежащему лицу необходимо, чтобы работодатель или иной уполномоченный орган вынес решение о взыскании с работника определенных законом сумм. В связи с этим взыскания подразделяются на произведенные по закону, бесспорные, в том числе по исполнительной надписи, решениям суда, административные по указаниям государственных органов и должностных лиц, которым предоставлено дискреционное право налагать штрафы, проводить списание или иным образом взимать из имеющихся у граждан денежных средств суммы, а также образовавшейся за ними задолженности в размере, установленном законом.

И если на практике большинство видов взыскания не вызывает потребности у представителей работодателя в разъяснении им правил их реализации, то такой их вид, как бесспорный (в том числе по исполнительной надписи), требует детального уточнения его правовой сути. Итак, под взысканием в бесспорном порядке в правоведении понимается принудительное взимание денежных сумм, образовавших долг обязанного лица (должника) перед взыскателем, путем их удержания из средств, принадлежащих должнику (в том числе физическому лицу), в целях компенсации этой задолженности без обращения в орган, разрешающий имущественные споры. Взыскание в бесспорном порядке допускается лишь в случаях, прямо предусмотренных законом, и только должностными лицами и органами, поименованными в нем. Взыскание по исполнительной надписи — один из частных случаев бесспорного взимания с должника причитающейся взыскателю определенной суммы денег; оно осуществляется на основании распоряжения нотариуса, совершенного на подлинном долговом документе. Таким образом, взыскание в бесспорном порядке — один из видов взысканий, совершаемых принудительным методом, и только в случаях, когда должник не погашает возникший за ним долг в добровольном порядке. В свою очередь, удержание — это способ реализации взыскания и обеспечения исполнения обязательств должника.

Все возможные удержания из зарплаты работника могут быть разделены на следующие три группы его обязательств, установленных федеральным законом, перед:

— государством (например, уплата налогов, штрафов и т. п. — ст. 138 ТК РФ);

— гражданами, общественными организациями и юридическими лицами (например, по исполнительным документам о взыскании алиментов, возмещении вреда, а также для погашения кредитов, перечисления взносов и т. д. — ст. 138 ТК РФ);

— организацией, в которой он работает (ст. 137 ТК РФ).

Проанализируем последнюю группу удержаний. Характерным ее признаком является следующий: представитель работодателя, имеющий право на основании локальных правоустанавливающих актов принимать решение об удержании указанных в статье 137 ТК РФ видов его задолженностей перед работодателем, издает распоряжение (приказ) о взыскании определенной суммы долга из зарплаты работника и сам же реализует это решение путем неначисления этих сумм к выплате.

Общие и частные позиции законодателя об удержании сумм

из зарплаты работника

Итак, правила о возможности удержания из зарплаты работника каких-либо причитающихся ему средств в добровольном, административном, бесспорном или судебном порядке размещены законодателем в статьях 137 и 138 ТК РФ. Однако содержание последней требует отдельного исследования. Как указано в части 1 ст. 137, удержания из зарплаты работника производятся только в случаях, предусмотренных Кодексом и иными федеральными законами. Таким образом, вычеты из зарплаты работника, основанные на иных актах, расположенных в юридической иерархии ниже федерального закона (например, локальных), являются неправомерными. В случае несогласия работника с взысканиями на основании локальных актов удержанные работодателем суммы подлежат возврату либо добровольно, либо в принудительном порядке. Принудить работодателя вернуть (доначислить) удержанные (взысканные) им неправомерно суммы возможно по решению органов, рассматривающих индивидуальные трудовые споры (далее — ОРИТС; ст. 382 ТК РФ), а также по соответствующим указаниям прокурора (ч. 4 ст. 353 ТК РФ) или инспектора труда (ст. ст. 356 и 357 ТК РФ).

В части 2 ст. 137 к случаям возникновения задолженности работника перед работодателем, допускающим ее удержание из его зарплаты, отнесены следующие:

— возмещение неотработанного аванса, выданного работнику в счет зарплаты;

— погашение неизрасходованного и своевременно не возвращенного аванса, выданного в связи со служебной командировкой или переводом на другую работу в другую местность, а также в других случаях;

— возврат сумм, излишне выплаченных работнику вследствие счетных ошибок, а также сумм, излишне выплаченных работнику, в случае признания ОРИТС вины работника в невыполнении норм труда (ч. 3 ст. 155 ТК РФ) или простоя (ч. 3 ст. 157 ТК РФ);

— возврат сумм за неотработанные дни отпуска, который производится при увольнении работника до окончания рабочего года, в счет которого он уже получил ежегодный оплачиваемый отпуск. Удержания за эти дни не производятся, если работник увольняется по основаниям, предусмотренным пунктом 8 ч. 1 ст. 77 или пунктами 1, 2 или 4 ч. 1 ст. 81, пунктами 1, 2, 5, 6 и 7 ч. 1 ст. 83 ТК РФ.

Только для этой группы удержаний из зарплаты работника законодатель предусмотрел (в изъятие из общих правил об обязательных взысканиях, связанных с иными группами удержаний) особый порядок взыскания с работника его задолженности работодателю, наделив последнего дискреционными полномочиями. Дискреция работодателя выражается в том, что он по своему усмотрению производит взыскание полученных работником авансовых сумм, указанных в абзацах втором и третьем части 2 ст. 137 ТК РФ. Таким же образом он может удержать и сумму, указанную в абзаце четвертом части 2 ст. 137, как излишне выплаченную работнику в результате счетной ошибки.

Дискреционное право работодателя распространяется и на другие случаи, указанные в абзаце четвертом части 2 ст. 137, но с существенными юридическими оговорками. Удержание по ним возможно, если вина работника в невыполнении норм труда или простое признана не прокурором или инспектором труда, а ОРИТС. Это значит, что уже произведенная оплата труда работника при его простое и невыполнении им норм труда не учитывала этого юридически значимого обстоятельства и составила больший размер, чем указан в части 3 ст. 155 и части 3 ст. 157 ТК РФ. В бесспорном порядке и даже без соблюдения условий, определенных в части 3 ст. 137, законодатель разрешил работодателю производить удержание излишне выплаченных сумм из зарплаты работника в случае, указанном в абзаце пятом части 2 ст. 137.

Итак, в части 2 ст. 137 дан перечень случаев, при возникновении которых работодатель вправе (но не обязан) осуществить удержания, производимые для погашения денежных обязательств работника перед организацией, где он работает. Причем, как указано в данной части этой статьи, удержание производится именно из зарплаты работника в целях покрытия перед данной организацией его задолженности, возникшей в результате его как правомерных, так и неправомерных поступков.

Отметим сразу: для всех перечисленных в части 2 ст. 137 случаев Трудовым кодексом РФ на работодателя не возложена обязанность заблаговременно до удержания каких-либо сумм из зарплаты работника извещать его об их взыскании. Совершение этого благородного поступка как бы само собой подразумевается, но теоретическая презумпция добросовестности работодателя редко подтверждается практикой. Следовательно, работнику станет известно об удержании этих сумм, как правило, в день получения зарплаты (в меньшем размере, чем он планировал). Иной вариант возможен при недостатке суммы (с учетом правил статьи 138) для полного взыскания работодателем за один раз излишне выплаченных сумм, когда работник узнает о наличии у него долга перед работодателем, но уже из полученного им документа, например расчетного листка, выдаваемого в день выплаты зарплаты (ч. 1 ст. 136).

В вышеуказанных ситуациях работник должен либо, получив начисленную ему работодателем сумму меньшего размера, чем он предполагал, тут же письменно обратиться к нему с требованием о ее перерасчете, либо вообще отказаться от ее получения, выразив таким образом свое несогласие с произведенным удержанием. В этой ситуации работодателю нужно составить акт об отказе, что будет доказательством его попытки выполнить свою обязанность по выплате зарплаты. В ином случае работник получит возможность привлечь через ОРИТС работодателя к материальной ответственности за неправильно начисленную и своевременно не выданную зарплату. Но это может произойти, только если в пользу работника будет решение спора о праве на не доначисленные ему работодателем суммы (ст. 236 и ст. 237 ТК РФ).

В части 3 ст. 137 законодатель установил: в случаях, предусмотренных абзацами вторым, третьим и четвертым части 2 настоящей статьи, работодатель вправе принять решение об удержании из зарплаты работника не позднее месяца со дня окончания срока, установленного для возвращения аванса, погашения задолженности или неправильно исчисленных выплат, и при условии, если работник не оспаривает основания и размеры удержания. Следовательно, указанные правила не распространяются на абзац пятый части 2 этой статьи, говорящей о возврате сумм за неотработанные дни отпуска. Именно для этого случая от работодателя не требуется ни соблюдения сроков, ни выяснения у работника его намерений об оспаривании им основания и размера удержания сумм за авансированный отпуск, так как времени на это у работодателя нет из-за связи этого вида удержания с моментом увольнения работника. Тем не менее нужно учесть, что такие же обстоятельства могут сложиться и по любым иным удержаниям, но законодатель возможность их реального возникновения почему-то игнорирует.

По поводу иных оснований удержания задолженности работника, перечисленных в части 2 ст. 137, необходимо отметить следующее. Ни в Трудовом кодексе РФ, ни в иных нормативных актах, связанных с этими видами удержаний (кроме отчета по командировке), не определен срок ни для буквально добровольного, ни для обязательного, но по своей воле возврата работником сумм образовавшегося за ним долга. Таким образом, законодатель лишил работодателя возможности действовать в порядке, предписанном частью 3 ст. 137, ибо у него нет точки отсчета, от которой нужно исчислять месячный период, допустимый для взыскания долга в бесспорном порядке или иным принудительным способом. Причем примененное в части 3 ст. 137 значение понятия «бесспорное взыскание» носит явную двусмысленность. При отсутствии в части 3 данной статьи прописанной, а потому только подразумеваемой обязанности работодателя выяснить у работника, будет ли он оспаривать у него или в ОРИТС основание и размер намечаемого удержания, совершенно неуместно говорить о бесспорном порядке этих взысканий, и это при ситуации, когда работник практически не может заранее знать о них.

Предположим, работник заблаговременно до проведения удержания извещен о нем и согласен с основанием и размером своего долга, но, как выяснилось, предпочитает погасить его сам при возникновении у него материальной возможности. Поскольку такой случай не учтен законодателем и срок добровольного или обязательного самовозврата долга не установлен, работник может безмерное время погашать свою задолженность. Следовательно, правило части 3 ст. 137 действует, если срок добровольного или обязательного самовозврата установлен, т. е. это правило применимо только к случаю авансирования командировки. Значит, если распоряжение работодателя об удержании долга не сделано в месячный период со дня окончания срока, установленного для возвращения аванса (например, по сорвавшейся командировке), работодатель теряет право на взыскание соответствующих сумм в бесспорном порядке, основанном на своем решении. Если же в нарушение процедуры (превышение срока и (или) несогласие работника с удержанием) работодатель удержит сумму долга, то данное взыскание будет неправомерным, что обяжет работодателя вернуть удержанную сумму в добровольном, а при отказе — в принудительном порядке.

Исходя из вышеизложенного взыскание денежных сумм, когда работник оспаривает основание и размер удержания для погашения почти любого вида аванса, а также при пропуске работодателем месячного срока компенсация этих сумм может быть произведена только по решению суда, что, как будет показано далее, тоже проблематично (ст. ст. 386 и 387 и ч. 2 ст. 392 ТК РФ). Тем не менее работодателю не следует забывать, что до сих пор действует Перечень документов, по которым взыскание задолженности производится в бесспорном порядке на основании исполнительных надписей органов, совершающих нотариальные действия, утвержденный Постановлением Совмина РСФСР от 11 марта 1976 г. N 171 (в ред. от 30 декабря 2000 г.), где указаны следующие виды задолженности работника, вытекающие из трудовых отношений:

— неотработанный аванс, выданный в счет зарплаты, единовременное пособие, расходы по проезду и суточные, выданные ему при заключении в порядке организованного набора трудового договора о работе в промышленности, строительстве или на транспорте в связи с неприбытием к месту работы;

— денежная сумма за выданные ему постельные принадлежности и не возвращенные им при увольнении с работы;

— денежная сумма за форменное обмундирование, оставшееся за уволенными работниками объединений, учреждений, предприятий, организаций, в которых введено ношение форменной одежды;

— денежная сумма, закрепленная за материально ответственными работниками объединений, государственных, кооперативных и общественный организаций, предприятий и учреждений, в случае увольнения этих работников и выдачи ими обязательств о погашении указанной задолженности.

Работодателю нужно знать, что при удержании на основании исполнительной надписи нотариуса суммы долга, причитающейся ему с должника, следует соблюдать правила о сроке обращения, видах предоставляемых нотариусу документов и прочие организационные требования, а также учесть порядок принудительного взыскания, определенный в разделе VII Гражданского процессуального кодекса РФ.

В части 4 ст. 137 законодатель определил, что зарплата, излишне выплаченная работнику (в том числе при неправильном применении трудового законодательства или иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права), не может быть с него взыскана, за исключением случаев:

— счетной ошибки (абзац четвертый ч. 2 ст. 137);

— если ОРИТС признана вина работника в невыполнении норм труда (ч. 3 ст. 155) или простое (ч. 3 ст. 157) (абзац четвертый ч. 2 ст. 137);

— если зарплата была излишне выплачена работнику в связи с его неправомерными действиями, установленными судом.

Среди перечисленных в части 4 ст. 137 исключительных случаев, когда возможно взыскание излишне выплаченной зарплаты, нет большинства случаев из части 2 этой же статьи, кроме случаев, содержащихся в ее абзаце четвертом. В части 4 ст. 137 отсутствуют такие виды погашения задолженности, как:

— возмещение неотработанного аванса, выданного работнику в счет зарплаты;

— погашение неизрасходованного и своевременно не возвращенного аванса, выданного в связи со служебной командировкой или переводом на другую работу в другую местность, а также в других случаях;

— возврат сумм за неотработанные дни отпуска, производящийся при увольнении работника до окончания рабочего года, в счет которого он уже получил ежегодный оплачиваемый отпуск.

Следовательно, уже в части 4 ст. 137 законодатель либо передумал производить удержания с этих трех видов излишне произведенных выплат, либо допустил нормотворческую небрежность, создав внутристатейную коллизию норм и логическую нестыковку части 2 с частью 4 этой статьи.

При отсутствии в Трудовом кодексе РФ специального (трудо-правового) определения понятий «удержание» и «взыскание» они применяются либо в их общеправовом значении, либо в общелитературном, которое придано им в толковых словарях русского языка. При любом из указанных подходов слова «удержать» и «взыскать» в контексте статьи 137 ТК РФ имеют между собой соотношение как причина (взыскать) и следствие (удержать). Таким образом, исходя из содержания части 4 ст. 137, случаи, перечисленные в абзацах втором, третьем и пятом части 2 ст. 137, формально не являются исключительными и с них нельзя произвести удержание сумм, излишне выплаченных работнику. Видимо, в части 4 ст. 137 законодатель имеет в виду взыскания, решения о которых вынесены не работодателем, а иными компетентными органами, на что указывает дублирование в этой части статьи случаев, внесенных в абзац четвертый части 2 ст. 137, а это еще больше усугубляет возможность однозначного понимания этой статьи в целом и требует разъяснения порядка ее применения на уровне Верховного Суда РФ.

Если по-иному толковать часть 4 ст. 137, то взыскания, перечисленные в абзацах втором, третьем и пятом части 2, отнесены к случаям, когда удержание возможно, если зарплата была излишне выплачена работнику в связи с его неправомерными действиями, установленными судом. Невольно обращает на себя внимание и сам этот исключительный случай, дополняющий случаи, перечисленные в части 2 этой статьи, неограниченным количеством случаев излишне выплаченной работнику зарплаты, если судом будет установлено, что эта ее часть получена работником в результате его неправомерных действий или бездействий.

Конкретизация анализа норм,

изложенных в части 2 ст. 137 ТК РФ

Анализ содержания случаев, перечисленных в абзацах втором, третьем и пятом части 2 ст. 137, позволяет сделать как минимум два вывода.

Во-первых, эти случаи буквально не связаны с неправомерными действиями работника, в результате которых зарплата была ему излишне выплачена, так как указанные в них выплаты работодатель производит, руководствуясь соответствующими предписаниями актов, регулирующих трудовые отношения. Однако этот вывод допустим при одном условии: если только работник не ввел в заблуждение работодателя о рациональности их выплаты, исходя из каких-либо своих корыстных целей (например, в связи с намеченным оперативным увольнением после их получения). Тогда возникает риторический вопрос, на который априори имеется отрицательный ответ: можно ли отнести к неправомерным действиям работника его отказ от добровольного возврата излишне выплаченных сумм, если для большинства видов удержаний законодатель не установил даже срок обязательного возмещения этих сумм работником?

Во-вторых, указанные случаи связаны не только с удержанием излишне выплаченных сумм из зарплаты. Они касаются и иных выплат, если долги понадобится взыскать при окончательном расчете с работником. Например, случай, указанный в абзаце пятом части 2 ст. 137, явно не связан только с зарплатой, поскольку здесь речь идет о всех выплатах, формирующих сумму, определяемую при итоговом расчете с увольняющимся работником (ч. 5 ст. 80, ч. 4 ст. 84.1 и ст. 140 ТК РФ).

В связи с такими погрешностями в нормотворческой деятельности законодателя рассмотрим каждый вид удержания, описанный в части 2 ст. 137, отдельно, попытаемся выявить их истинный смысл и порожденные ими правовые последствия для сторон трудового договора. При этом в целях упрощения довольно критического анализа не будем учитывать дефектность части 4 ст. 137 по отношению к ее части 2, списав ее на «счетные ошибки законодателя», а рассмотрим только внутрисистемную правовую связь статьи 137, ограничившись ее тремя частями. В то же время примем во внимание, что законодатель с возможностью удержания любых перечисленных в части 2 ст. 137 видов задолженности, образовавшейся у работника перед работодателем, связывает это правомерное его действие с соблюдением последним следующих гарантий государства и установленных в Трудовом кодексе РФ процедурных правил:

— в систему основных государственных гарантий по оплате труда работников включено ограничение перечня оснований и размеров удержаний из зарплаты по распоряжению работодателя, а также размеров налогообложения доходов от зарплаты (ст. 130);

— при выплате зарплаты работодатель обязан в письменной форме извещать каждого работника о составных ее частях, причитающихся ему за соответствующий период, размерах и основаниях произведенных удержаний, а также об общей денежной сумме, подлежащей выплате (ч. 1 ст. 136);

— ограничение размера удержаний из зарплаты (ст. 138).

Ни в одном из заслуживающих внимания комментариев к Трудовому кодексу РФ рассмотренные ниже проблемы с применением статьи 137 не получили внятного разъяснения. К тому же в доступной специализированной литературе и в действующих материалах по обобщению судебной практики нет однозначных ответов на возникающие у правоприменителей вопросы, связанные со сроками и источниками удержаний, их размерами и иными сопутствующими им организационными процедурами. Такое положение дел сложилось, видимо, потому, что применение норм как Кодекса, так и иных сопряженных с данной темой подзаконных актов вызывает больше вопросов, чем в этих источниках правового регулирования содержится на них ответов.

Анализ абзаца второго части 2 ст. 137 ТК РФ

Правовой механизм реализации на практике предписаний законодателя о возможности работодателя удержать долги работника из его зарплаты на основании абзаца второго части 2 ст. 137 выглядит так. Удержания из зарплаты работника для погашения его задолженности работодателю могут производиться для возмещения неотработанного аванса, выданного работнику в счет зарплаты. Юридически значимыми обстоятельствами для применения этого вида удержания (назовем его «зарплатный аванс») будут являться следующие:

— факт получения работником зарплатного аванса, который на основании части 6 ст. 136 выплачен ему в счет потенциально причитающейся зарплаты в полном объеме за работу в конкретном месяце, по итогам которого выяснилось, что итоговой зарплаты начислено меньше, чем размер уже полученного зарплатного аванса;

— отсутствие правового значения причины невыработки работником полного размера зарплаты, из которого работодателем был установлен размер зарплатного аванса (например, болезнь работника, привлечение его к выполнению общественных или государственных обязанностей), когда за ним сохранялся средний заработок, либо его увольнение с работы и др.

Напомню, что нормативного требования о процентном или ином соотношении между размером зарплатного аванса и величиной установленной работнику месячной оплаты труда в Трудовом кодексе РФ нет. Что же касается Постановления Совмина СССР от 23 мая 1957 г. N 566 «О порядке выплаты заработной платы рабочим за первую половину месяца», действующего согласно статье 423 ТК РФ в части, не противоречащей Кодексу, то вряд ли можно считать его применимым ко всем работникам по ряду формально-юридических оснований, указывающих на неполное его соответствие Трудовому кодексу РФ;

— срок для принятия работодателем решения о принудительном удержании разницы между выплаченным зарплатным авансом и начисленной зарплатой не может превышать месяца со дня окончания срока, установленного для добровольного возвращения работником зарплатного аванса. Сразу же возникает вопрос: в каком нормативном правовом акте установлен именно срок добровольного возвращения работником зарплатного аванса, излишне выплаченного в счет зарплаты? Ответа на данный вопрос нет! Следовательно, нет и правового механизма удержания этого аванса, доступного для его применения на уровне работодателя, а не суда, который может себе позволить применить иногда общеправовые способы преодоления юридических пробелов в целях вынесения решения об удержании этого вида задолженности работника;

— оспаривание работником основания и размера удержания. Данное правило требует дополнительной регламентации вплоть до уточнения правового механизма его реализации хотя бы в подзаконных актах. Как уже было отмечено, работник может узнать об этом виде удержания только в день выплаты зарплаты и при условии, что работодатель будет соблюдать правила, изложенные в частях 1 и 2 ст. 136. Предположим, при очередной выплате зарплаты ее аванс превысил сумму, которую работодатель по трудовому договору должен был бы начислить работнику, а иных выплат, причитающихся работнику, нет. В таком случае в расчетном листке будет указан долг за работником, и до дня выплаты ему следующего зарплатного аванса или итоговой выплаты оставшейся части зарплаты по итогам очередного месяца у работника есть еще возможность оспорить как размер, так и основание этого долга. Если же долг был удержан из иных выплат, не формирующих состав зарплаты, то о какой возможности заблаговременного оспорить у работодателя размер и основание уже сделанного им удержания якобы переплаченной суммы может идти речь в реальной ситуации? Таким образом, дефектные нормы законодательства о труде при этом виде удержания безальтернативно ведут к обращению работника за защитой своего права на оплату труда в ОРИТС или административные органы.

Анализ абзаца третьего части 2 ст. 137 ТК РФ

Анализ содержания норм, определяющих правила удержания из зарплаты на основании абзаца третьего части 2 ст. 137, позволяет сказать, что почти все проблемы, характерные для удержания на основании абзаца второго части 2 этой статьи, присущи и этому случаю. Итак, данный абзац допускает удержание из зарплаты работника для погашения его задолженности работодателю, образовавшейся из-за неизрасходованного и своевременно не возвращенного аванса, выданного в связи со служебной командировкой или переводом на другую работу в другую местность, а также в других случаях. Такими случаями могут быть любые так называемые выдачи денег под отчет в счет зарплаты, связанные с приобретением, например, хозяйственного инвентаря для субботника или канцелярских товаров, либо получение средств для оплаты в специализированной мастерской заправки картриджей к оргтехнике и т. п.

В отличие от нерешенных проблем со сроком для ранее рассматриваемого случая (абзац второй части 2 ст. 137) здесь срок добровольно-обязательного возвращения работником командировочного аванса в нормативном правовом акте установлен и равен трем рабочим дням, исчисляемым с момента его возвращения из командировки на место постоянной работы.

При этом работник формально обязан вернуться из командировки не в место своего проживания или регистрации, а именно туда, где расположена организация, направившая его в командировку. Требование о фиксации в билете транспортного средства даты прибытия в место расположения организации, командировавшей работника, исключает возможность поездки в командировку на своем транспорте и пешеходное передвижение. Таким образом, фиксация в билете иного места прибытия транспортного средства, чем место расположения организации, не признается днем приезда из командировки, что влияет на момент, с которого будет исчислен срок своевременного возвращения работодателю неизрасходованной части командировочного аванса, полученного работником. В соответствии с пунктом 26 Положения «Об особенностях направления работников в служебные командировки», утвержденного Постановлением Правительства РФ от 13 октября 2008 г. N 749, работник по возвращении из командировки обязан представить работодателю в трехдневный срок не только авансовый отчет об израсходованных в связи с командировкой суммах, но и произвести с ним окончательный расчет по выданному ему перед отъездом в командировку денежному авансу на командировочные расходы.

Следовательно, только через три дня после возвращения работника на работу у работодателя появляется право на удержание разницы между суммой выданного командировочного аванса и документами, подтверждающими расход средств только частично или по не определенным в статье 168 ТК РФ целевым назначениям. Но это возможно при условии, когда в течение трех рабочих дней с момента возвращения из командировки на работу работник не только не отчитался перед работодателем о полностью израсходованных суммах командировочного аванса, но и добровольно не вернул неизрасходованную его часть. Тогда в месячный срок работодатель должен выяснить у работника, бесспорно ли для него будет основание и размер удержания, которое работодатель намерен произвести из очередной его зарплаты. Если работник не даст письменное подтверждение о согласии и с основанием, и с размером удержания этого якобы его долга, работодателю придется реализовывать свои притязания на определенную им сумму через суд, что, как выяснилось, в трудовых отношениях не получило логического завершения.

Из сложившейся практики по данному виду удержания следует: если авансовый отчет о командировке был утвержден, взыскание с работника каких-либо сумм, связанных с ней, возможно произвести лишь по решению суда и при условии, что после утверждения этого отчета были обнаружены злоупотребления правом и (или) фальсификация документов со стороны работника.

Однако, говоря об иных случаях, содержащихся в абзаце третьем части 2 ст. 137, где указано неограниченное число причин, с которыми законодатель связывает выдачу работодателем аванса работнику, в частности, переводимому на другую работу в другую местность, нужно отметить отсутствие правомерной возможности определить момент своевременно не возвращенного аванса. Следовательно, нет и законной возможности удержать в месячный срок из зарплаты работника не израсходованные им суммы д ля погашения его задолженности работодателю, образовавшейся из-за добровольно не возвращенного такого вида аванса. Кстати, статья 169 Кодекса не обязывает работника добровольно возвратить такой аванс, как не обязывает его и установить срок возврата в договорном порядке. Ко всему прочему она не состыкована со статьей 137, так как в ней переезд работника на работу в другую местность не связан с выполнением им там только другой, а не любой работы. К тому же нередкое применение в Трудовом кодексе РФ слов «другая работа» в различных контекстах требует отдельного их разъяснения для конкретных норм Кодекса (слово «другой» в своем основном значении имеет смысл «иной чем есть, не такой же»). В связи с этим уточнением переезд на работу, в другую местность формально исключает возможность выполнять работником в новой местности работу, аналогичную ранее им исполняемой, что буквально ограничивает случаи выдачи этого вида аванса.

Подлежит негативной оценке и неуказание законодателем конкретных причин переезда работника на работу в другую местность, с которыми связаны выплаты аванса, так как эти причины неоднородны. Так, переезд может быть связан с переводом работника на работу в другую местность вместе с работодателем (ст. 72.1 ТК РФ), с увольнением работника по соответствующим основаниям и выбором им вакансии в других местностях, если это предусмотрено коллективным договором, соглашениями, трудовым договором (ст. ст. 74, 76 и многие другие статьи Кодекса). Кроме того, это может быть переезд в порядке так называемого организованного набора (ст. 324 ТК РФ) и т. д.

Анализ абзаца четвертого части 2 ст. 137 ТК РФ

Абзац четвертый части 2 ст. 137 допускает удержание из зарплаты работника для погашения его задолженности работодателю и возврата сумм, излишне выплаченных работнику вследствие счетных ошибок, а также сумм, излишне выплаченных работнику, в случае признания ОРИТС вины работника в невыполнении норм труда (ч. 3 ст. 155) или простое (ч. 3 ст. 157). Анализ содержания норм, совокупно определяющих правила удержания из зарплаты на основании абзаца четвертого, позволяет сказать: почти все проблемы, характерные для удержания на основании части 2 ст. 137, присущи и этому случаю.

В исследованных соответствующих актах срока, указанного в части 3 ст. 137, нет, и работник может погашать эти задолженности в не ограниченное законом время, если работодатель не убедит его в определении такого срока в специальном письменном соглашении. Таким образом, еще раз можно констатировать: у работодателя нет законной возможности удержать в месячный срок из зарплаты работника суммы для погашения его задолженности, образовавшейся из-за излишне выплаченных ему сумм в результате как счетных ошибок бухгалтера либо оператора компьютером, так и своевременно не обнаруженной работодателем вины работника в невыполнении норм труда и (или) возникновении простоя.

Обращает на себя внимание юридическая порочность удержания за счетную ошибку, совершенную фактически работодателем. Ведь причина этого вида удержания — вина представителей работодателя, а расплачиваться за нее должен почему-то работник. В данной норме игнорируется такой основной принцип права, как справедливость: работник мог израсходовать некую сумму, не зная, что он получил ее излишне. Следовательно, он реально не может возвратить именно те денежные купюры, которые были излишне выданы ему, он возвратит только иные свои деньги, составляющие его правомерный заработок. В таких случаях справедливо было бы этот вид излишне выплаченных сумм поставить в один ряд с излишне произведенными выплатами, обусловленными неправильным применением трудового законодательства или иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права. Примером такой ошибки может быть излишне начисленная сумма в связи с неправильным применением бухгалтерией Положения о премировании. Однако в данном случае согласно части 4 ст. 137 ответственность в виде возмещения ущерба организации несет виновный работник, относимый к администрации работодателя.

Есть неясности и в удержании (возврате) сумм, излишне выплаченных работнику, в случае признания ОРИТС его вины в невыполнении норм труда (ч. 3 ст. 155) или простоя (ч. 3 ст. 157). В части 3 ст. 155 определено, что при невыполнении норм труда, неисполнении трудовых (должностных) обязанностей по вине работника оплата нормируемой части зарплаты производится в соответствии с объемом выполненной работы. В свою очередь, в соответствии с частью 3 ст. 157 время простоя по вине работника не оплачивается. Причем о начале простоя, вызванного поломкой оборудования и другими причинами, которые делают невозможным продолжение выполнения работником его трудовой функции, работник обязан сообщить своему непосредственному руководителю, иному представителю работодателя (ч. 4 ст. 157). Если же работник не сообщил о своем простое, то, будучи, например, сдельщиком или аккордно оплачиваемым работником, он не получит компенсацию за потерянное время, следовательно, молчать о простое не в его интересах. Значит, умолчание о простое выгодно только работнику, находящемуся на окладе или повременной ставке. Однако и в этом случае, если его работа связана с количественными, а не только качественными показателями, ее объем за день (смену) не будет равен объему при нормальном рабочем дне (смене) даже при отсутствии нормированного задания, что не должно остаться без оценки со стороны администрации работодателя.

Таким образом, только с момента фиксации представителями работодателя как невыполнения норм труда, так и начала простоя работника эти задокументированные факты могут быть признаны основаниями для неначисления нормируемой части зарплаты. Тогда потребуется процедура уточнения, по чьей халатности не была установлена вина конкретных лиц в наступлении этих событий от момента их возникновения до момента выплаты в полном объеме зарплаты работнику. Причем определения понятия «нормируемая часть зарплаты» в Трудовом кодексе РФ, как и в иных действующих актах о труде, нет, что сразу исключает возможность однозначно понимать и применять это правило. Например, при отсутствии указания в статье 155 о необходимости в таких случаях работнику иметь нормированное задание невозможно говорить о невыполнении норм труда, в частности норм выработки или времени, а тем более о неисполнении нормы трудовых обязанностей работником, находящимся на окладе (ст. ст. 160 и 163). Следовательно, часть 3 ст. 155, содержащая неясные положения, является потенциальным источником разногласий между работником и работодателем.

Итак, при удержании задолженности на основании абзаца четвертого части 2 ст. 137 возникает много вопросов практического характера, связанных как с определением вины работника в выплате ему излишне начисленных сумм, так и с действиями работодателя с целью их возврата. Законодатель ставит возврат излишне выплаченных сумм в зависимость от решения ОРИТС, т. е. от признания вины работника в наступлении этих событий либо комиссией по трудовым спорам (далее — КТС), либо судом. Но КТС не уполномочена законодателем разбирать обращения работодателя (ст. 385 ТК РФ), а суд рассматривает заявления работодателя, вытекающие из трудовых отношений, только по вопросу о возмещении работником ущерба, нанесенного имуществу, находящемуся в сфере ответственности работодателя (ст. ст. 238, 248, 391 и 392 ТК РФ).

Следовательно, для восстановления справедливости работник сам (!) должен обратиться в ОРИТС с заявлением о признании его вины или в совершении неправомерных поступков. Поэтому либо долги работника нужно признать одним из видов имущества работодателя в главе 39 ТК РФ (как и было ранее в КЗоТах), либо этот вид удержаний, не располагающий логически завершенным правовым механизмом взыскания излишне выплаченных работнику средств, не годен для реального применения на практике. Тогда возникает вопрос, остающийся в Трудовом кодексе РФ пока без ответа: каким законным образом работодателю защитить свои интересы и права в случаях, связанных со статьей 137? Для выхода из создавшегося положения работодателю при обращении в суд придется опираться не на нормы Трудового кодекса РФ, а на общеправовые подходы к случаям защиты нарушенных прав. Как известно, Верховный и Конституционный Суды РФ путем толкования статей 8, 34 и 46 Конституции РФ пришли к выводу: в соответствии с принципом равной правовой защиты не только граждане, но и организации имеют право на защиту своих интересов в судебном порядке без каких-либо ограничений.

Анализ абзаца пятого части 2 ст. 137 ТК РФ

Анализ содержания норм, определяющих в совокупности правила удержания из зарплаты на основании абзаца пятого части 2 ст. 137, позволяет сказать: данный случай является исключением из правила, содержащегося в части 3 рассматриваемой статьи. Но сначала напомним механизм регулирования процедуры удержания задолженности работника, изложенный в абзаце пятом части 2. Итак, удержания из зарплаты работника для погашения его задолженности работодателю могут производиться при увольнении работника до окончания рабочего года, в счет которого он уже получил ежегодный оплачиваемый отпуск, за неотработанные дни отпуска. Удержания за эти дни не производятся, если работник увольняется по основаниям, предусмотренным пунктом 8 ч. 1 ст. 77, пунктами 1, 2 и 4 ч. 1 ст. 81, а также пунктами 1, 2, 5, 6 и 7 ч. 1 ст. 83 ТК РФ.

Из вышеизложенного следует, что при увольнении работника по всем другим (не исключенным из общего правила) основаниям, предусмотренным в Трудовом кодексе РФ или иных федеральных законах, работодатель вправе удержать сумму долга из полагающихся работнику «под расчет» средств, но пропорциональную не отработанным им дням всех отпусков, которые он получил авансом. В абзаце пятом части 2 ст. 137 законодатель не конкретизировал виды отпусков, использованных работником авансом, а обобщил их понятием «ежегодный оплачиваемый отпуск». Согласно статье 120 Кодекса продолжительность ежегодного оплачиваемого отпуска определяется путем суммирования основного и всех полагающихся работнику дополнительных оплачиваемых отпусков, исчисленных в календарных днях, и максимальным пределом не ограничивается.

Таким образом, предоставленный работнику перед увольнением отпуск может выглядеть, например, как совокупность отпусков за разные рабочие годы, которые работнику удавалось использовать лишь частично в связи с отзывом его из отпуска, а удержания при этом, как известно, вопреки здравому смыслу не допустимы (ст. 125 ТК РФ). Это может быть и удлиненный отпуск за счет присоединения к очередному, но авансовому отпуску перенесенных отпусков, не использованных работником за прошедшие годы (ст. 124). Любые комбинации значительно усложняют возможность возврата работодателю выплаченных отпускных средств, не отработанных работником, с учетом указаний статьи 137; допустимо лишь удержание из зарплаты, состав которой определен в части 1 ст. 129. Но, как известно, состав выплаты «под расчет» может быть значительно шире, чем состав зарплаты, что и требует дополнительного уточнения законодателем возможностей обращения к иным выплатам для удержания задолженности работника при увольнении.

Тем не менее работодатель, производя окончательный расчет при увольнении работника, вправе удержать суммы пропорционально любому не отработанному, но полностью оплаченному отпуску. В этих целях подсчет времени, отработанного конкретным работником в рабочем году у данного работодателя, осуществляется исходя из положений статьи 121, определяющей правила исчисления стажа работы, дающего право на ежегодный оплачиваемый основной и дополнительный отпуска.

В отличие от правил, распространяющихся на абзацы второй — четвертый части 2 ст. 137, удержание в случае, указанном в абзаце пятом части 2 этой статьи (возврат сумм за неотработанные дни отпуска), не ограничено ни сроками, ни соблюдением порядка оспаривания основания и размера этого вида удержания. Кроме того, данный вид удержаний может производиться единовременно или с рассрочкой взысканий в период увольнения работника независимо от того, какая часть зарплаты остается после всех других взысканий с него. При этом размер самого взыскания и удержания ограничен лишь суммой, пропорциональной оплате не отработанных в связи с увольнением дней авансовых отпусков. Однако, как правило, этой суммы недостаточно, чтобы погасить в полной мере долг работника. Причем в сумме «под расчет», полученной при увольнении сразу же после использованного, тем более суммарного отпуска, зарплатная составляющая может быть близка к нулевой, а из иных причитающихся работнику в этом момент выплат формально удержания произвести невозможно.

Итак, Трудовой кодекс РФ не предусматривает предоставление ежегодного оплачиваемого отпуска пропорционально отработанному работником времени. И даже, более того, допускает предоставление такого отпуска авансом, в том числе за первый год работы до и по истечении шести месяцев (ч. ч. 2 и 3 ст. 122). Продолжительность такого отпуска установлена законом и иными актами как для основного, так и для всех полагающихся работнику дополнительных отпусков с оплатой в определенном в статье 139 размере. Следовательно, в любом случае исходя из правил статей 114 — 116 и статьи 120 работнику предоставляется ежегодный оплачиваемый отпуск установленной продолжительности и с сохранением среднего заработка, который на основании части 9 ст. 136 выплачивается также авансом, а именно не позднее чем за три дня до его начала.

Исходя из всего вышеизложенного эту норму нельзя признать обоснованной: ведь в данном случае работник еще «не заработал» себе отпуск. Тогда почему он должен оплачиваться в полном размере? Эта устаревшая норма законодательства и порождает проблемы, о которых идет речь в анализируемом абзаце пятом части 2 ст. 137. Исходя из анализа соответствующих нормативных правовых актов о компетенциях КТС, суда, прокуратуры и инспекции труда можно сделать следующий вывод. Работник может обратиться за восстановлением своего права на своевременную и в полном размере выплату справедливой зарплаты в любой указанный орган, а у работодателя для удержания долгов с работника такой возможности на основании норм Трудового кодекса РФ нет.

Подводя итог, отметим следующее. В Трудовом кодексе РФ и сопутствующих ему в регламентации порядка удержания сумм задолженности из зарплаты работника иных нормативных правовых актах не содержится исчерпывающих ответов на рассмотренные выше сложные практические вопросы. В то же время исходя из проведенного анализа видно, что в Кодекс необходимо внести однозначное правило, согласно которому работодатель вправе предъявлять в суд иск к работнику о взыскании с него сумм задолженности, возникшей из оснований статьи 137, если исключена возможность ее погашения из зарплаты в бесспорном порядке, предусмотренном действующим законодательством о труде. Следовательно, в целях исправления создавшегося положения нужно признать: не погашенные работником при увольнении долги являются самостоятельным видом ущерба, причиненным работодателю, так как невозврат долгов реально уменьшает размер его имущества. Для этого нужно как минимум внести соответствующие дополнения и изменения в часть 2 ст. 238, часть 1 ст. 243 ТК РФ.

Вопрос: Нужно ли уплачивать алименты, если лицо, обязанное уплачивать алименты, находится в неоплачиваемом отпуске?

(Подготовлен для системы КонсультантПлюс, 2009)

Подготовлен для системы КонсультантПлюс

Вопрос: Нужно ли уплачивать алименты, если лицо, обязанное уплачивать алименты, находится в неоплачиваемом отпуске?

Ответ: В соответствии с ч. 1 ст. 83 Семейного кодекса Российской Федерации (далее — СК РФ) при отсутствии соглашения родителей об уплате алиментов на несовершеннолетних детей и в случаях, если родитель, обязанный уплачивать алименты, имеет нерегулярный, меняющийся заработок и (или) иной доход, либо если этот родитель получает заработок и (или) иной доход полностью или частично в натуре или в иностранной валюте, либо если у него отсутствует заработок и (или) иной доход, а также в других случаях, если взыскание алиментов в долевом отношении к заработку и (или) иному доходу родителя невозможно, затруднительно или существенно нарушает интересы одной из сторон, суд вправе определить размер алиментов, взыскиваемых ежемесячно, в твердой денежной сумме или одновременно в долях (в соответствии со статьей 81 СК РФ) и в твердой денежной сумме.

Если при отсутствии соглашения об уплате алиментов после установления в судебном порядке размера алиментов изменилось материальное или семейное положение одной из сторон, суд вправе по требованию любой из сторон изменить установленный размер алиментов или освободить лицо, обязанное уплачивать алименты, от их уплаты. При изменении размера алиментов или при освобождении от их уплаты суд вправе учесть также иной заслуживающий внимания интерес сторон. Суд вправе по иску лица, обязанного уплачивать алименты, освободить его полностью или частично от уплаты задолженности по алиментам, если установит, что неуплата алиментов имела место в связи с болезнью этого лица или по другим уважительным причинам и его материальное и семейное положение не дает возможности погасить образовавшуюся задолженность по алиментам.

Однако данное положение не распространяется на случаи уплаты алиментов на несовершеннолетних детей.

Кроме того, в Постановлении N 9 от 25.10.1996 Пленум Верховного Суда Российской Федерации установил, что предусмотренная п. 2 ст. 115 СК РФ ответственность лица, обязанного уплачивать алименты по решению суда, за несвоевременную уплату алиментов (уплата неустойки, возмещение убытков) наступает в случае образования задолженности по вине плательщика алиментов. Как отмечено судом, такая ответственность не может быть возложена на плательщика, если задолженность по алиментам образовалась по вине других лиц, в частности, в связи с несвоевременной выплатой заработной платы, задержкой или неправильным перечислением алиментных сумм банками и т. п.

Таким образом, в данной ситуации лицо, обязанное уплачивать алименты, вправе обратиться в суд с требованием об уменьшении размера (в случае обязанности уплачивать алименты на несовершеннолетнего ребенка) либо об освобождении от обязанности уплачивать алименты (в случае прочих алиментных обязательств).