Психиатрическая статья 29

Статья 29. Основания и порядок госпитализации лица в медицинскую организацию, оказывающую медицинскую помощь в стационарных условиях

Информация об изменениях:

Федеральным законом от 25 ноября 2013 г. N 317-ФЗ в статью 29 настоящего Федерального закона внесены изменения

Статья 29. Основания и порядок госпитализации лица в медицинскую организацию, оказывающую медицинскую помощь в стационарных условиях

В случае возникновения при назначении или производстве судебно-медицинской либо судебно-психиатрической экспертизы необходимости обследования лица в стационарных условиях оно госпитализируется в соответствующую медицинскую организацию, оказывающую медицинскую помощь в стационарных условиях, на основании постановления или определения о назначении судебной экспертизы. Порядок госпитализации лица в медицинскую организацию, оказывающую медицинскую помощь в стационарных условиях, определяется процессуальным законодательством Российской Федерации.

Лица, содержащиеся под стражей, госпитализируются для производства судебной экспертизы в медицинские организации, оказывающие медицинскую помощь в стационарных условиях, специально приспособленные для содержания в них указанных лиц.

Часть третья статьи 29 настоящего Федерального закона вступает в силу после приведения уголовно-процессуального законодательства РФ в соответствие с положениями Конституции РФ

Для производства судебно-психиатрической экспертизы лицо госпитализируется в медицинскую организацию, оказывающую психиатрическую помощь в стационарных условиях, или судебно-психиатрическую экспертную медицинскую организацию только на основании определения суда или постановления судьи. Судебно-психиатрические экспертные медицинские организации могут быть предназначены для госпитализации в них лиц, не содержащихся под стражей, или для госпитализации в них лиц, содержащихся под стражей.

Орган или лицо, назначившие судебную экспертизу и госпитализировавшие лицо в медицинскую организацию, оказывающую медицинскую помощь в стационарных условиях, в принудительном порядке, обязаны в течение 24 часов известить об этом кого-либо из членов его семьи, родственников или иных лиц по его указанию, а при отсутствии таковых сообщить в орган внутренних дел по месту жительства указанного лица.

Психиатрическая статья 29

Статья 29. Признание гражданина недееспособным

1. Гражданин, который вследствие психического расстройства не может понимать значения своих действий или руководить ими, может быть признан судом недееспособным в порядке, установленном гражданским процессуальным законодательством. Над ним устанавливается опека.

2. От имени гражданина, признанного недееспособным, сделки совершает его опекун.

3. Если основания, в силу которых гражданин был признан недееспособным, отпали, суд признает его дееспособным. На основании решения суда отменяется установленная над ним опека.

Комментарий к статье 29

1. Из п. 1 комментируемой статьи можно сделать вывод о том, что психическое расстройство является основанием для признания гражданина недееспособным и в том случае, когда он хотя и понимает значение своих действий, но не может руководить ими.

2. В соответствии с ч. 3 ст. 5 Закона о психиатрической помощи ограничение прав и свобод лиц, страдающих психическими расстройствами, только на основании психиатрического диагноза, фактов нахождения под диспансерным наблюдением в психиатрическом стационаре либо в психоневрологическом учреждении для социального обеспечения или специального обучения не допускается. Должностные лица, виновные в подобных нарушениях, несут ответственность в соответствии с законодательством РФ и республик в составе РФ.

Заключение врача другой специальности о состоянии психического здоровья лица носит предварительный характер и не является основанием для решения вопроса об ограничении его прав и законных интересов, а также для предоставления ему льгот, предусмотренных законом для лиц, страдающих психическими расстройствами (ч. 3 ст. 20 Закона о психиатрической помощи).

3. Признание гражданина недееспособным осуществляется только в судебном порядке, что является гарантией охраны прав гражданина. Суд выносит решение о признании гражданина недееспособным на основании судебно-психиатрической экспертизы. В свою очередь решение суда о признании недееспособным является основанием для назначения над этим гражданином опеки (см. ст. 32 ГК и комментарий к ней, ст. 263 ГПК). Опекун действует от имени признанного недееспособным гражданина и является его законным представителем.

Дело о признании недееспособным рассматривается судом с обязательным участием прокурора и представителя органа опеки и попечительства. В случае необходимости и возможности присутствовать по состоянию здоровья в судебное заседание вызывается и этот гражданин (Постановление Президиума Московского городского суда от 22 апреля 1979 г . Бюллетень ВС РСФСР. 1979. N 6).

4. Суд или судья обязаны приостановить производство по делу в случае утраты стороной дееспособности (п. 2 ст. 214 ГПК). В том случае, когда гражданином, не способным понимать значение своих действий или руководить ими, но не признанным в установленном законом порядке недееспособным, совершена сделка, в отношении этой сделки будут действовать правила, предусмотренные ст. 177 настоящего Кодекса. Такая сделка может быть признана недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения. Если же впоследствии этот гражданин будет признан недееспособным, то сделка, совершенная им ранее, может быть признана недействительной по иску его опекуна, если доказано, что в момент совершения сделки гражданин не был способен понимать значение своих действий или руководить ими. И в том, и в другом случае по отношению к таким сделкам применяются правила, предусмотренные ч. 2, 3 п. 1 ст. 171 настоящего Кодекса.

5. Сделка, совершенная гражданином, признанным недееспособным, является ничтожной и влечет за собой последствия, предусмотренные ч. 2, 3 п. 1 ст. 171 настоящего Кодекса.

Лишь в интересах гражданина, признанного недееспособным вследствие психического расстройства, совершенная им сделка может быть признана судом действительной по требованию его опекуна и при условии, что она совершена к выгоде этого гражданина (п. 2 ст. 171 ГК).

6. Признание гражданина недееспособным вследствие психического расстройства является основанием для беспрепятственного расторжения брака с ним через органы ЗАГС вторым супругом в одностороннем порядке (см. ст. 19 Семейного кодекса; ст. 31 Закона об актах гражданского состояния).

7. Признание гражданина, излечившегося от психического расстройства или значительно улучшившего состояние здоровья, вновь дееспособным и отмена опеки над ним производятся в том же порядке, что и признание его недееспособным и установление опеки над ним, т.е. только судом.

Психиатрическая статья 29

О ПСИХИАТРИЧЕСКОЙ ПОМОЩИ

И ГАРАНТИЯХ ПРАВ ГРАЖДАН ПРИ ЕЕ ОКАЗАНИИ

от 2 июля 1992 года N 3185-I

Статья 29. Основания для госпитализации в психиатрический стационар в недобровольном порядке

в редакции от 21.11.2011г.

Лицо, страдающее психическим расстройством, может быть госпитализировано в психиатрический стационар без его согласия или без согласия его законного представителя до постановления судьи, если его обследование или лечение возможны только в стационарных условиях , а психическое расстройство является тяжелым и обусловливает:

а) его непосредственную опасность для себя или окружающих, или

б) его беспомощность, то есть неспособность самостоятельно удовлетворять основные жизненные потребности, или

в) существенный вред его здоровью вследствие ухудшения психического состояния, если лицо будет оставлено без психиатрической помощи.

Комментарий к статье 29

1. Статья регулирует одну из важных форм оказания психиатрической помощи, связанную с помещением лица, страдающего психическим расстройством, в психиатрический стационар, но не по его просьбе или с его согласия, а в недобровольном порядке. Значимость статьи определяется тем, что госпитализация в психиатрический стационар вопреки воле самого лица или его законных представителей сопоставима с лишением свободы. Речь идет о помещении этого лица в стационар до постановления судьи и, следовательно, только на основании заключения врача, что связано с неотложностью психиатрической помощи. Это можно трактовать как акт, аналогичный задержанию или взятию под стражу. Понятно поэтому, что состояние госпитализируемого должно соответствовать определенным критериям, которые являются непременным условием для принятия врачом решения о госпитализации больного в недобровольном порядке.

2. Статья содержит три критерия, которые действительны при следующем общем для всех критериев условии — обследование и лечение возможны только в стационарных условиях, а психическое расстройство является тяжелым. В связи со сказанным прежде всего возникает необходимость уточнить, какие психические расстройства следует отнести к тяжелым. Тяжесть психического расстройства определяется наличием нарушений психотического уровня (психоза) или выраженного психического дефекта (врожденная умственная отсталость, приобретенное слабоумие, выраженные изменения личности); наличие менее глубоких расстройств дает основание квалифицировать состояние как тяжелое лишь в тех случаях, когда эти расстройства по выраженности достигают психотического уровня (например, декомпенсация при психопатии, когда возникает непосредственная опасность ауто- или гетероагрессии).

Что касается другого условия, то оно имеет место, когда тяжесть психического расстройства сочетается с особенностями, которые отражены в изложенных в данной статье признаках, делающих возможным обследование и лечение только в стационарных условиях, исключая любую другую менее ограничительную альтернативу.

3. Остановимся на применении каждого из указанных трех критериев.

А. Критерий непосредственной опасности для себя или окружающих применим к категориям лиц с тяжелыми психическими расстройствами. При этом по направленности опасности обычно выделяют лиц: 1) опасных одновременно для себя и окружающих, 2) опасных для окружающих, 3) опасных для себя. Необходимо отметить, что во всех случаях имеется в виду непосредственная опасность. Это обосновывается врачом в конкретном описании состояния лица с указанием на его особенности, высказывания или действия, свидетельствующие о такой опасности. Простого указания, что больной опасен, недостаточно.

В первом случае речь идет о больных с наиболее острыми психотическими состояниями, для которых характерен быстрый темп развертывания, разнообразие и изменчивость психопатологической симптоматики, яркость и насыщенность аффективных расстройств (страх, тревога, депрессия, мания). Поведение больных грубо нарушено в связи с изменчивостью сознания либо полностью определяется охваченностью бредовыми или галлюцинаторными переживаниями и преобладающим аффектом. Острота состояния бывает столь велика, что нередко возникают трудности в определении синдрома («асиндромальные состояния»). Наблюдаются резкие изменения и колебания выраженности симптоматики, хаотичные, нецеленаправленные, импульсивные поступки. У части больных поведение носит характер «бегства от преследователей» (больные внезапно выпрыгивают из общественного транспорта, из окна, пытаются вооружиться, проявляют не направленную на определенных лиц агрессию к окружающим, освобождая себе «путь к спасению»). Преобладание страха, растерянности, разнообразных и изменчивых бредовых идей и меняющихся по содержанию галлюцинаций обусловливают быструю смену направленности опасных действий — опасность для окружающих внезапно сменяется опасностью для себя, и наоборот. Фактически в связи с непредсказуемостью поведения состояние этих больных может быть расценено как опасное для себя и окружающих одновременно.

Квалификация лиц с выраженными психическими расстройствами как опасных для окружающих обусловлена возможностью реализации их бредовых замыслов, содержания галлюцинаторных расстройств, а также импульсивными агрессивными действиями, расторможенностью влечений. Сюда относятся больные с более или менее систематизированной бредовой фабулой или стойкой галлюцинаторной продукцией. Бредовая фабула часто имеет такие признаки, как относительное постоянство и конкретность смыслового содержания, направленность на определенных лиц, а обманы восприятия представлены галлюцинаторными «голосами». В период обострения бредовая активность возрастает, аффективная насыщенность бреда достигает высокой степени, отмечается переход к этапу «бредовой атаки», иногда с попытками реализовать довольно сложную, тщательно спланированную акцию расправы, «бредовой мести». В некоторых случаях больные вооружаются, устраивают засады, часто оказывают сопротивление при госпитализации. Опасность для конкретных лиц из окружения больного может возникать при обострении систематизированного бреда преследования, ревности или иного содержания, когда бредовые высказывания начинают сопровождаться угрозами в адрес этих лиц или нередко нарастающими по степени агрессивности действиями. Все эти состояния на пике обострения способны создать криминогенную ситуацию. У части больных опасность для окружающих может быть связана с импульсивными агрессивными действиями при наличии кататонических расстройств, когда не удается выявить конкретного бредового содержания. Наконец, опасность для окружающих может быть обусловлена расторможенностью влечений (например, агрессивно-садистские действия или сексуальная агрессивность к окружающим), а также психопатоподобными расстройствами с асоциальными тенденциями у больных, с выраженным психическим дефектом.

И наконец, лица, страдающие психическими расстройствами, квалифицируются как опасные для себя в связи с выявлением у них аутоагрессивного поведения, представляющего опасность для их жизни или серьезную угрозу для здоровья, в связи с наличием суицидальных попыток или с активными тенденциями, намерениями такого рода. Наряду с очевидными признаками опасности, когда эти лица уже совершали суицидальные попытки или заявляют, что покончат с собой, опасность для себя может быть констатирована при подобных косвенных высказываниях или без них, в частности при тоскливой или тревожной депрессии, депрессии с идеями самообвинения, при депрессивно-ажитированном возбуждении, а также при наличии особенностей в поведении, косвенно указывающих на суицидальные цели (например, при упорном отказе от приема пищи, хотя больные могут стараться маскировать или отрицать такие намерения).

Б. Критерий беспомощности, т.е. неспособности самостоятельно удовлетворять основные жизненные потребности, применим к лицам, страдающим тяжелыми психическими расстройствами в виде психотических проявлений или глубоких личностных изменений, врожденного или приобретенного слабоумия, которые обусловливают отсутствие или утрату бытовых и социальных навыков: невозможность элементарного самообслуживания, обеспечения себя пищей, одеждой и пр. Такие больные расцениваются как представляющие «пассивную опасность» для себя, т.е. причиняющие себе ущерб не путем активных действий — самоубийства или членовредительства, а в результате пренебрежения заботой о своих интересах. Вопрос о необходимости их госпитализации возникает нередко в связи с потерей или временным отсутствием ухаживающих за ними родных или опекунов (смерть, болезнь или вынужденный срочный отъезд). В этих случаях, оставаясь без надзора, они начинают бродяжничать, голодают, нередко оказываясь в ситуации, которая представляет угрозу для жизни.

В. Критерий причинения существенного вреда здоровью вследствие ухудшения психического состояния, если лицо будет оставлено без психиатрической помощи , применяется также к больным с тяжелыми психическими расстройствами. Речь идет о состояниях, характеризующихся определенной остротой (обострения, приступы заболевания), симптоматика при которых не обусловливает, однако, непосредственной опасности для себя и окружающих, хотя необходимость лечения таких больных в условиях стационара представляется очевидной. Сюда относятся, например, больные с маниакальными состояниями — явлениями психомоторного возбуждения, переоценкой своих возможностей, включая профессиональные, бессмысленной тратой крупных сумм денег, манкированием своими служебными и другими обязанностями, сексуальной расторможенностью, что вызывает на момент приступа (фазы) значительные семейные, материальные, производственные осложнения, компрометирует больных в глазах окружающих, сослуживцев, родных и в последующем сказывается на уровне их социально-трудовой адаптации. Закон концентрирует внимание на последствиях оставления таких лиц без психиатрической помощи в плане ухудшения их психического состояния.

Очевидно, что при достижении определенной тяжести описанного психического расстройства (психотический уровень) оставление больного без психиатрической помощи, если он отказывается от лечения, может вести к прогрессированию обострения или приступа, что приносит существенный вред его здоровью.

Аналогично может приниматься решение о недобровольной госпитализации больных с бредом малого масштаба, когда, в отличие от других наблюдений со стабилизированными на протяжении длительного времени бредовыми идеями обыденного содержания, не отражающимися существенно на поведении больных, отмечается выраженная динамика с утяжелением клинической картины, усложнением симптоматики за счет присоединения других психических расстройств и все более меняющимся в связи с этим поведением, т.е. имеет место прогрессирование психоза. Такой подход с учетом установления отрицательной динамики состояния будет соответствовать данной статье Закона в случаях, когда клиническая картина определяется наличием бредовых идей любовного содержания с нарастающей активностью бредового поведения и нелепыми домогательствами в отношении «объекта любви» или в случаях подострой парафрении с нелепым поведением и высказываниями. Эти последние состояния в рамках приступа, обострения болезни, характеризуясь выраженностью, разнообразием и определенной остротой психопатологических расстройств, благодаря наличию гипоманиакального аффекта, положительной окраске содержания болезненных переживаний (идеи переоценки собственной личности, бредовые идеи фантастического, абстрактного содержания) обычно не обусловливают непосредственной опасности больного для себя и окружающих. Однако развитие клинической картины психоза с нелепым поведением больного, находящегося во власти болезненных переживаний, свидетельствует о необходимости психиатрической помощи и, поскольку он не отдает себе в этом отчета и отказывается от лечения, — госпитализации в недобровольном порядке.

Сказанное не распространяется на стабилизированные хронические парафренные состояния (вне обострения), наблюдающиеся на отдаленных этапах заболевания, с упорядоченным поведением больных, хотя нередко и отмеченным значительным своеобразием.

Оставление всех указанных выше лиц с тяжелыми психическими расстройствами, за исключением последних, без психиатрической помощи сопровождается затягиванием, хронизацией состояния, прогрессированием болезни, что квалифицируется в данной статье Закона как существенный вред здоровью вследствие ухудшения психического состояния.

4. Следует указать, что Закон не выделяет ни один из приведенных в данной статье трех критериев в качестве главного; они в равной степени могут служить основанием для госпитализации в недобровольном порядке. Это необходимо особо подчеркнуть в связи с тем, что некоторые врачи-психиатры (а также некоторые судьи) в основном ориентируются на критерий непосредственной опасности для себя или окружающих как наиболее доказательный и очевидный. Такая практика грубо искажает содержание Закона, оставляя пациентов, психическое состояние которых соответствует критериям «б» и «в», вне возможности получить психиатрическую помощь. Абсолютизация непосредственной опасности в трактовке данной статьи ведет к игнорированию врачебного долга в отношении этих пациентов. Практика показывает, что таких пациентов среди населения становится все больше и что сами они и их близкие страдают из-за невозможности добиться своевременного лечения. Неприменение критериев «б» и «в» в тех случаях, когда психическое состояние пациентов соответствует им, и отказ вследствие этого от решения о госпитализации в недобровольном порядке — такое же нарушение закона, как недобровольная госпитализация без указанных в Законе оснований, поскольку нарушаются гражданские права пациентов на получение медицинской помощи. Это нарушение может быть обжаловано (согласно ст. 47 настоящего Закона ) в судебном порядке, в вышестоящий орган или прокуратуру.

5. Наконец, здесь следует указать еще на одно важное обстоятельство, которое отмечалось также в комментарии к ст. 28 Закона . В случае, когда пациент по психическому состоянию не может выразить свое отношение к госпитализации (т.е. обратиться с просьбой или дать согласие на это), госпитализация должна оформляться как недобровольная. Речь идет либо о состояниях измененного сознания (сумеречное состояние, делирий, онероид), острых психозах с выраженной растерянностью или крайней загруженностью психотическими переживаниями, нередко дезорганизацией поведения, либо подострых, затяжных психотических состояниях с близкими к этим чертами, либо, наконец, о состояниях выраженного слабоумия, когда личностное отношение к факту госпитализации практически установить невозможно, но при этом легко можно склонить больного к подписи под документом о согласии. Практически каждое из этих состояний соответствует одному из трех критериев недобровольной госпитализации, но на практике эти пациенты нередко оформляются как поступившие в стационар добровольно, хотя их помещение в больницу нуждается в правовом контроле. Нарушением закона является также помещение в стационар части из этих пациентов (особенно больных с алкогольным делирием) без осуществления полагающейся правовой процедуры при недобровольной госпитализации в расчете на относительно кратковременный характер такого состояния, на то, что при выходе из него через четыре-шесть дней пациент задним числом подпишет документ о согласии на пребывание в стационаре.

6. Поскольку обоснованность госпитализации в дальнейшем рассматривается судьей, заключение врача о недобровольной госпитализации должно носить доказательный характер, т.е. помимо диагноза описание состояния должно содержать изложение конкретных фактов об имевших место действиях, высказываниях, особенностях поведения лица, страдающего психическим расстройством, на основании которых принято решение о необходимости недобровольной госпитализации. Иными словами, каждый врач-психиатр, принимающий решение о недобровольной госпитализации, должен составить предметное доказательное описание, из которого с достаточной степенью определенности можно было бы заключить, что оно соответствует одному из трех критериев, приведенных в данной статье и являющихся основанием для недобровольной госпитализации. В развернутом описании психического статуса должно быть указано, какому из критериев («а», «б» или «в») оно соответствует, а также то, что госпитализация недобровольная. Врач скорой психиатрической помощи, диспансера или психиатрического кабинета делает такую запись в направлении на госпитализацию, форма которого приведена в Приложении, врач приемного отделения больницы — в истории болезни, комиссия врачей-психиатров ( в соответствии со ст. 32 Закона ) — в заключении, которое также записывается в историю болезни.

7. Соответствие психического состояния пациента критериям недобровольной госпитализации на практике определяется чаще всего либо врачом психоневрологического диспансера (кабинета), либо врачом скорой психиатрической помощи, а после транспортировки больного в психиатрический стационар — врачом-психиатром приемного отделения. В течение 48 часов пребывания в стационаре пациент должен быть освидетельствован комиссией врачей-психиатров, которая принимает решение об обоснованности госпитализации ( ст. 32 настоящего Закона ). Недобровольная госпитализация начинается с момента принятия врачом-психиатром решения о помещении пациента в больницу независимо от его желания, поскольку с этого момента могут быть в случае необходимости приняты меры принуждения, сдерживания, фиксации. Доставленный таким образом в психиатрический стационар пациент вновь осматривается врачом-психиатром в приемном отделении, в том числе на предмет соответствия его психического состояния критериям недобровольной госпитализации. Каждый врач-психиатр независим в своих решениях ( см. комментарий к ст. 21 настоящего Закона ), поэтому он может не согласиться с решением врача скорой психиатрической помощи или диспансера; в таком случае пациент (не давший согласия на госпитализацию) может быть отпущен из приемного покоя. То же самое относится к решению комиссии врачей-психиатров, которая может подтвердить или не подтвердить обоснованность оценки состояния пациента; ее задача — исключить вероятность неправильного решения. Следует иметь в виду, что за временной промежуток между осмотрами состояние пациента может измениться или он может изменить свое отношение к госпитализации — дать согласие на лечение в стационаре. Вместе с тем в части случаев несовпадение решения врачей может быть связано с трудностями оценки психического состояния пациента, особенно в условиях его осмотра врачом скорой психиатрической помощи, стоящим перед необходимостью более оперативного принятия решения. Закон учитывает возможность ошибки (важно, однако, чтобы решение врача было мотивировано описанием психического состояния пациента), предусматривая последующий контроль правильности решения с помощью освидетельствования комиссией врачей-психиатров.

8. Следует отметить особенности применения ст. 29 ( впрочем, так же, как и ст. 23 настоящего Закона ) в работе скорой и неотложной психиатрической помощи ( Методические рекомендации по организации работы бригад скорой психиатрической помощи — Приложение к Приказу Минздрава России от 8 апреля 1998 г. N 108 ). Эти особенности связаны с тем, что работа бригад скорой и неотложной психиатрической помощи строится на обслуживании неотложных случаев; бригады вызываются и к ранее не освидетельствованным психиатром, и к не состоящим под диспансерным наблюдением лицам.

Вызов психиатрической бригады должен быть принят, если пациент находится в неблагоприятных бытовых условиях и «тяжелое психическое расстройство» у него соответствует любому из трех критериев. Когда условия неблагоприятны (отсутствие наблюдения, ухода за больным, пребывание его вне семьи, на улице и т.д.), беспомощный пациент (критерий «б») и пациент с плохим клиническим прогнозом в случае оставления его без психиатрической помощи (критерий «в») становятся опасными для себя. В этих случаях критерии «б» и «в» ст. 23 совпадают с критерием «а» и пациент должен быть недобровольно освидетельствован психиатром скорой помощи.

Отказ от оказания неотложной помощи таким пациентам становится равносилен отказу от выполнения врачебного долга.

Недопустимо перекладывание психоневрологическим диспансером всей работы по недобровольному освидетельствованию на бригаду психиатрической помощи. Диспансер должен ее осуществлять в соответствии со ст. ст. 23, 24 и 25 Закона, получая предварительно санкцию судьи. Однако при острых проявлениях психического расстройства, потребовавшего обращения за скорой психиатрической помощью, когда пациент не может быть оставлен без помощи при условии соответствия психического состояния критериям недобровольной госпитализации, диспетчер (дежурный врач) скорой помощи руководствуется не только ст. 23 , но и ст. 29, причем последняя является решающей.

Диспетчер (дежурный врач) скорой психиатрической помощи, принимая вызов, может быть дезориентирован тем, что обращающиеся ошибочно оценили и представили действия лица как болезненные или предвзято изложили факты. В подобных случаях, если данное лицо отказывается от психиатрической помощи, психиатр, прибыв по месту вызова и оценив ситуацию, самостоятельно решает вопрос о проведении психиатрического освидетельствования и может отказаться от его проведения или, проведя беседу с данным лицом, может установить только, что оно не нуждается в неотложной психиатрической помощи в недобровольном порядке, поскольку такая помощь, при негативном к ней отношении, может быть оказана только с помощью недобровольного помещения в больницу, а признаков соответствия состояния лица критериям недобровольной госпитализации (критерии «а», «б», «в» ст. 29) нет. Врач-психиатр при этом не решает вопрос, страдает ли данное лицо психическим заболеванием и в каком виде психиатрической помощи нуждается. Он лишь устанавливает, что данное лицо не нуждается в неотложной психиатрической помощи в недобровольном порядке. Именно об этом он делает запись в медицинской документации, обосновывая ее полученными на месте данными. В этих случаях недобровольное освидетельствование считается не проведенным, а врач не нарушает ст. 23 Закона о психиатрической помощи. Пациенту, заявителю, сделавшему вызов психиатрам, и другим присутствующим лицам следует объяснить, что уточненные в беседе обстоятельства были необходимы для принятия решения об отсутствии необходимости освидетельствования.

Для комментария использованы материалы:

ИНСТИТУТ ГОСУДАРСТВА И ПРАВА РОССИЙСКОЙ АКАДЕМИИ НАУК ГОСУДАРСТВЕННЫЙ НАУЧНЫЙ ЦЕНТР СОЦИАЛЬНОЙ И СУДЕБНОЙ ПСИХИАТРИИ ИМ. В.П. СЕРБСКОГО

«ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВО РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ В ОБЛАСТИ ПСИХИАТРИИ. КОММЕНТАРИЙ К ЗАКОНУ РФ «О ПСИХИАТРИЧЕСКОЙ ПОМОЩИ И ГАРАНТИЯХ ПРАВ ГРАЖДАН ПРИ ЕЕ ОКАЗАНИИ», ГК РФ И УК РФ (В ЧАСТИ, КАСАЮЩЕЙСЯ ЛИЦ С ПСИХИЧЕСКИМИ РАССТРОЙСТВАМИ)» Под общей редакцией академика РАМН, доктора медицинских наук, профессора Т.Б. Дмитриевой. Издание второе, исправленное и дополненное.

Обновление информации на странице от 03.11.2012г.

Законодательная база Российской Федерации

Бесплатная консультация
Федеральное законодательство

  • Главная
  • ЗАКОН РФ от 02.07.92 N 3185-I (ред. от 29.06.2004) «О ПСИХИАТРИЧЕСКОЙ ПОМОЩИ И ГАРАНТИЯХ ПРАВ ГРАЖДАН ПРИ ЕЕ ОКАЗАНИИ»
  • В данном виде документ опубликован не был
  • (в ред. от 02.07.92 — «Ведомости СНД и ВС РФ», 1992, N 33, ст. 1913)

Статья 29. Основания для госпитализации в психиатрический стационар в недобровольном порядке

Лицо, страдающее психическим расстройством, может быть госпитализировано в психиатрический стационар без его согласия или без согласия его законного представителя до постановления судьи, если его обследование или лечение возможны только в стационарных условиях, а психическое расстройство является тяжелым и обусловливает:

а) его непосредственную опасность для себя или окружающих, или

б) его беспомощность, то есть неспособность самостоятельно удовлетворять основные жизненные потребности, или

в) существенный вред его здоровью вследствие ухудшения психического состояния, если лицо будет оставлено без психиатрической помощи.

Российское законодательство в отношении принудительной госпитализации

Мужчина во вторник утром застрелил из охотничьего ружья заместителя главного врача больницы подмосковного города Пущино 55-летнего Алексея Мамонова, после чего застрелился сам, сообщает во вторник Следственное управление СКП РФ по Московской области. Убийца был тяжело болен и, по мнению экспертов, нуждался в психологической помощи.

Правовой институт принудительной психиатрической госпитализации и принудительного психиатрического освидетельствования появился в российском праве с принятием 2 июля 1992 г. Закона РФ «О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании».

Тогда впервые в истории России была установлена судебная подведомственность многих вопросов, связанных с принудительной госпитализацией и принудительным освидетельствованием. Это основной документ, регулирующий порядок предоставления психиатрической помощи в России, соблюдения прав граждан при ее оказании, а также устанавливающий некоторые процессуальные нормы для суда.

Статья 29 Закона «О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании» предусматривает три случая (основания), когда гражданина могут госпитализировать в психиатрический стационар в недобровольном порядке – когда «его обследование или лечение возможны только в стационарных условиях, а психическое расстройство является тяжелым и обусловливает:
– его непосредственную опасность для себя и для окружающих;
– его беспомощность, то есть неспособность самостоятельно удовлетворять основные жизненные потребности;
– причинение существенного вреда его здоровью вследствие ухудшения его психического состояния, если лицо будет оставлено без психиатрической помощи».

В России отношение к Закону, особенно к судебному контролю за проведением принудительной госпитализации, с момента его принятия было неоднозначным: его критиковали и психиатры, и правозащитники, неоднократно вносились предложения по изменению Закона.

Закон «О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании» был принят до принятия Конституции РФ и, в связи с этим, в него неоднократно вносились поправки, правда, незначительные. В период с июля 2001 г. по май 2004 г. на рассмотрении Государственной Думы РФ находился проект Федерального закона «О внесении изменений и дополнений в Закон о психиатрической помощи» с предложениями об изменении порядка принудительной госпитализации.

Однако Закон действовал длительное время без каких-либо существенных изменений. И даже в Гражданском процессуальном кодексе РФ (ГПК РФ), принятом 14 ноября 2002 г. глава 35 «Принудительная госпитализация гражданина в психиатрический стационар и принудительное психиатрическое освидетельствование» (статьи 302-305) практически копирует статьи 33-36 Закона от 1992 г.

В настоящее время нормы, затрагивающие вопросы принудительной психиатрической госпитализации и принудительного психиатрического освидетельствования, помимо Закона РФ «О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании» в редакциях Федеральных законов от 21.07.1998 N 117-ФЗ, от 25.07.2002 N 116-ФЗ, от 10.01.2003 N 15-ФЗ, от 29.06.2004 N 58-ФЗ, от 22.08.2004 N 122-ФЗ, с изменениями, внесенными Постановлением Конституционного Суда РФ от 27.02.2009 N 4-П), Гражданского процессуального кодекса РФ, содержатся также в источниках разных отраслей права: Конституции РФ, Основах законодательства Российской Федерации об охране здоровья граждан, Законе РФ «О милиции» и других.

Сейчас можно констатировать, что правовые нормы о принудительной госпитализации в психиатрический стационар и принудительном психиатрическом освидетельствовании являются самостоятельным правовым институтом в системе российского права.

В 2007-2009 гг. в Российском законодательстве, касающемся психиатрической практики, произошли серьезные изменения.

Конституционный суд РФ постановлением от 20 ноября 2007 г. признал не соответствующими Конституции РФ положения ряда статей УПК РФ, которые не позволяют лицам, в отношении которых осуществляется производство о применении принудительных мер медицинского характера, лично знакомиться с материалами уголовного дела, участвовать в судебном заседании при его рассмотрении, заявлять ходатайства, инициировать рассмотрение вопроса об изменении и прекращении применения указанных мер, и обжаловать принятые по делу процессуальные решения.

В соответствии с этим постановлением, гражданам, в отношении которых осуществляется производство о применении принудительных мер медицинского характера, были полностью возвращены процессуальные права, которых их лишала правоприменительная практика.

В правовой позиции Конституционного суда РФ, выраженной в определении от 18 декабря 2007 г. недобровольная госпитализация не может быть произведена только по решению психиатра без судебного решения, как это происходило раньше. Теперь в любом случае необходимо сначала получить решение суда о проведении гражданину освидетельствования без его согласия. Причем судебный процесс проводится в полном соответствии с ГПК РФ по правилам искового производства с участием самого гражданина, в отношении которого психиатры подают заявление о недобровольном освидетельствовании или принудительной госпитализации.

27 февраля 2009 г. состоялось провозглашение постановления Конституционного суда РФ по делу о проверке конституционности ряда положений Гражданского процессуального кодекса РФ и п.4 статьи 28 Закона РФ «О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании». Суд признал:
– не соответствующим Конституции РФ положение части первой статьи 284 ГПК РФ, позволявшее суду принимать решение о признании гражданина недееспособным лишь на основании заключения судебно-психиатрической экспертизы и без предоставления такому гражданину возможности изложить суду свою позицию;
– не соответствующими Конституции РФ положения части пятой статьи 37, части первой статьи 52, пункта 3 части первой статьи 135, части первой статьи 284 и пункт 2 части первой статьи 379/1 ГПК РФ, лишающие гражданина, не участвовавшего в первичном судебном разбирательстве и признанного судом недееспособным, права обжаловать такое решение в вышестоящие судебные инстанции;
– не соответствующим Конституции РФ положение части четвертой статьи 28 Закона РФ «О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании», позволяющее принудительно госпитализировать недееспособного гражданина в психиатрический стационар без судебного решения.

Конституционный суд РФ указал в своем постановлении, что граждане, вопрос о дееспособности которых рассматривается судом, являются равноправными участниками судебных разбирательств и имеют право защищать свои права, что невозможно без их личного участия в деле. Однако, как отметил Конституционный суд, закон не дает ответа на вопрос, обязан ли суд известить соответствующих граждан о предстоящем слушании их дела.

В законе также отсутствуют четкие и ясные критерии, позволяющие определить, при каком состоянии здоровья человек признается недееспособным. В этой ситуации роль суда в рассмотрении такого рода дел не может сводиться лишь к формальному подтверждению выводов психиатров. Судья обязан вынести решение на основании своего внутреннего убеждения о психическом состоянии гражданина и, в случае сомнений в достоверности, подлинности и полноте заключения врачей, назначить повторную психиатрическую экспертизу.

Конституционный суд указал на то, что гражданин, которого суд признал недееспособным, должен иметь право сам обжаловать решение суда в вышестоящих инстанциях. Иное означает ограничение права граждан на судебную защиту. При этом, принудительная госпитализация в психиатрическую больницу – это безусловное ограничение свободы, которая, согласно Конституции РФ, возможна только по решению суда.

В июле 2009 г. было опубликовано определение Конституционного суда РФ от 5 марта 2009 г., в котором сказано, что содержание человека в психиатрическом стационаре против его воли не может продолжаться более 48 часов без судебного решения.

В соответствии с действующим российским законодательством, до озвученной правовой позиции судей Конституционного суда РФ, человека могли принудительно удерживать в психиатрическом стационаре до решения суда на срок от 8 до 12 суток. Все это время человека могли без его информированного согласия и без санкции суда «лечить» психотропными препаратами.

Еще один важный момент отражен в определении Конституционного суда от 5 марта 2009 года, который заключается в следующем разъяснении суда: до опубликования этого определения принудительная госпитализация сводилась к следующему: человека принудительно помещали в психиатрический стационар, держали там по закону до суда 8-12 дней, и лишь только потом появлялось решение суда, которое «разрешало» госпитализацию, хотя человека к тому времени уже продолжительное время продержали в стационаре и все это время к нему в принудительном порядке применяется психиатрическое лечение. То есть фактическая госпитализация по времени опережала решение суда.

Если раньше граждане России в подавляющем большинстве случаев госпитализировались недобровольно в психиатрические стационары по всем пунктам статьи 29 Закона без какого-либо предварительного решения суда о недобровольном освидетельствовании или госпитализации и вопрос о недобровольной госпитализации рассматривался уже в стенах больницы, либо же психиатры «уговаривали» госпитализированных пациентов подписать согласие на госпитализацию в добровольном порядке уже в стенах самой больницы, то сейчас порядок действий при недобровольной госпитализации изменен на прямо противоположный – изначально психиатрические стационары должны получить разрешение суда на недобровольное освидетельствование, и только после этого могут, если суд им даст на то разрешение, осуществлять в отношении гражданина какие-либо принудительные меры – освидетельствование и госпитализацию.

Материал подготовлен на основе информации открытых источников